 Я  открыл  вам,  моим  ученикам, свое подлинное имя. Необходимость  искоренить
всякий  повод  для  умозрительных вопросов некоторых из вас  относительно  моей
личности и возможность побудить других к обновленному и преданному усилию - вот
две из моих причин отказа от своей анонимности. Еще одна причина заключается  в
следующем:  я хотел, чтобы вы осознали тот факт, что вы - принятые  ученики  со
всем   тем,   что  такой  статус  подразумевает  в  смысле  ответственности   и
возможности.  И  еще один решающий для меня фактор заключался в проверке  вашей
способности  хранить молчание до тех пор, пока в этом не отпадет необходимость.
Молчание  -  одно из первейших предварительных условий посвящения  и  то,  чему
каждый ученик должен волей-неволей научиться. Многие из <79> вас внутренне  уже
убедились,  кто  я  есть.  Но вы никому не высказали  своего  убеждения,  кроме
А.А.Б.,  которая  не откликнулась на это никаким подтверждающим  свидетельством
или  комментарием. Если нельзя положиться на то, что вы окажетесь  в  состоянии
хранить  молчание и поддерживать отстраненную и независимую позицию,  тогда  вы
еще  не  готовы  к тому, что я должен дать, и чем скорее мы это обнаружим,  тем
лучше. Если вы не способны держать язык за зубами - даже в своей среде - то  вы
не  годитесь для того, чтобы на вас можно было полагаться, и в это я  очень  не
хотел  бы  поверить.  Если  после  того, как вы  обнаружили,  кто  я  есть,  вы
сомневаетесь  в  мудрости моего решения раскрыть себя вам  и  считаете,  что  я
должен  утаивать информацию о своей личности, то это также станет  определенным
раскрытием и будет руководить мною во всех моих будущих обращениях к вам.  Если
знание  моего статуса влечет вас на опасный путь преданного поклонения, то  для
вас  будет  очень полезно открыть в себе такую тенденцию; если вы, после  того,
как  узнали обо мне, чрезмерно подчеркиваете значимость моих слов и впадаете  в
опасную  привычку полагаться на авторитет, то ваша слабость станет очевидной  -
для  меня, вас самих и ваших собратьев по группе. Мы все от этого выиграем.  Вы
обнаружите  какую-либо врожденную слабость, которую выявит факт раскрытия  моей
личности; если вы оказались отягощенными этим знанием, тогда вы должны  учиться
нести  этот  груз, в противном случае вы не будете полезны в качестве  мирового
служителя. Знание того факта, что я Учитель, никак не изменяет меня  самого.  Я
по-прежнему ваш Тибетский Наставник и все тот же Инструктор, который учил вас в
течение многих лет. Я остаюсь все тем же индивидуумом и никоим образом не  стал
другим.  Всякая  реакция  по  этому поводу с вашей  стороны  будет  личностной;
поэтому  она  должна  быть  распознана, стать объектом  вашего  внимания  и,  в
конечном счете, оказаться под контролем.

