 2.  Обольщение.  Драма  жизни  мистика и постоянное  культивирование  видения
(какого  бы  то ни было) приводили во многих случаях к серьезным,  хотя  и  не
всегда  распознаваемым  психологическим затруднениям.  Видение  поглощало  все
внимание мистика, и вместо того чтобы выявить финал, к которому он может когда-
нибудь  прийти, или утвердить его в сознании как символ внутренней реальности,
которую  он  когда-нибудь  увидит  воочию, он  жил,  замыкаясь  в  собственной
мыслеформе об этом финале. Могучая мечта, неотвязная мыслеформа (выстраиваемая
год  за  годом  устремлением,  поклонением  и  влечением)  приводила  к  такой
одержимости,  что  он уже не мог не принимать символ за реальность.  А  иногда
умирал  от  экстаза, взвинченный отождествлением со своим видением. Между  тем
замечу:  подлинное достижение мистического финала, который уже не  видится,  а
осуществлен  на  деле, еще никого никогда не убило. Убивает  лишь  обольщение.
Только когда фокус жизни - в астральном теле, когда душевная сила ниспала туда
же,   а   сердечный  центр  переэнергетизирован,  мистик  умирает  от   своего
устремления.  Ежели обошлось без смерти (что необычно), не миновать  серьезных
психологических затруднений. Это вызывало немалую озабоченность церковников во
все  времена,  да  и современных психологов тоже, и обесславило  весь  предмет
мистического раскрытия, особенно в нашу научную эпоху.

