ФРАНЦИЯ
Франция  яро  требует,  чтобы  ее древняя слава была признана, чтобы ее древняя
заслуга,  когда  она осуществляла главное цивилизующее влияние в старой Европе,
сохранялась в памяти и чтобы ее оберегали и защищали. Она требует, чтобы ничего
не  предпринималось  без консультации с ней. Но Франция десятки лет являла миру
картину  великой разъединенности и политической коррупции и подкупа; она всегда
проявляла  глубокую  любовь  и  жажду  материальных удовольствий, гордясь своим
реализмом,   но   не   духовным  идеализмом,  и  подменяя  своим  блистательным
интеллектом  и  острым  научным  восприятием  субъективные  реальности. Вынесла
ли  Франция  урок  из  своего  падения  летом  1940  года, состоящий в том, что
ценности  духа должны занять место тех, коими она до сих пор руководствовалась?
Понимает  ли,  что  ей нужно вернуть себе уважение мира - уважение, которое она
потеряла, когда капитулировала и втянулась в коллаборационизм, показав, что она
внутренне слабее тех гораздо меньших наций, что продолжали бороться, пока их не
заставили  признать  поражение?  Сможет  ли  Франция  выйти  из этого испытания
очищенной  и  способной  демонстрировать  новую способность мыслить категориями
бескорыстных  международных  отношений,  а  не  исключительно  в  терминах  той
материальной  цивилизации,  которую  она  успешно  строила на протяжении многих
веков?  Она  это может - и в конце концов сделает. Ее блестящий интеллект (если
он  обратится  к  изучению  того,  что  относится к духу) может превзойти более
слабые  умы;  ее  ясное  восприятие  и  способность  облекать  мысли  в  точные
кристально  ясные  понятия будут использоваться для того, чтобы выражать многие
вечные  истины.  Когда  Франция  обретет  свою  духовную душу, а не просто свою
интеллектуальную   душу,  она  явит  себя  посредницей,  через  которую  придет
откровение  о  природе  человеческой души. В прошлом Франция раскрывала природу
человеческой души на стадии своего сильнейшего индивидуализма и эгоизма. Пройдя
через  огонь  и боль, она позднее продемонстрирует качества человеческого духа.
Акцент  на  материальных  ценностях  и  подчеркивание значения Франции для мира
вместо значения интернационализма для Франции в виде бескорыстных международных
отношений   -  вот  та  психологическая  проблема,  с  которой  Франция  сейчас
столкнулась  и  которую  уразумели  некоторые ее самые тонкие мыслители. Сможет
ли  Франция  научиться  мыслить в пользу наций, живущих за ее пределами, или же
будет  продолжать  думать  только  о  себе?  Вот  вопрос, на который она должна
ответить.

