21.  Если  знание ума (читты) отдельным умом допускается, то следует допустить
бесконечное   число  знающих,  и  последовательность  реакций   памяти   будет
стремиться к дурной бесконечности.
     Одно  из объяснений функций ума заключается в утверждении его способности
отстраняться  от себя самого и рассматривать себя как отдельную вещь.  В  этом
случае  имеем противоречивость отдельных частей, удаленных друг от друга,  что
ведет  (если  довести  эту  мысль до логического  завершения)  к  хаотическому
состоянию.  Все  это  происходит  из-за  отказа  ортодоксальных  мыслителей  в
философских  и  <415>  ментальных направлениях  признать  возможность  наличия
сущности,   отстраненной  и  отделенной  от  ума,  которая  просто   старается
использовать его как средство познания. В самом общем виде проблема  возникает
из-за  того факта, что этот мыслитель не может быть узнан, пока ум не  развит;
он  может  чувствоваться и ощущаться мистиком и преданным, но  знание  его  (в
обычном  смысле слова) не доступно, пока инструмент знания, ум, не разовьется.
В  этом  месте  на  помощь приходит восточное знание и проясняет  работу,  так
замечательно исполненную ментальными и христианскими учеными. Они подчеркивали
факт  ума,  индивидуального и универсального, и мы отдаем им должное.  Природа
ума,  его  цель, контроль, его проблемы и процессы являются сегодня  предметом
всеобщего  обсуждения, в то время, как сто лет назад это не  имело  места.  Но
вместе  с  этим  остаются  многие противоречия, являющиеся  результатом  нашей
современной  тенденции обожествлять ум и рассматривать  его  как  единственный
важный фактор. Восточная наука приходит нам на помощь и сообщает, что за  умом
стоит  мыслитель,  за  восприятием находится  воспринимающий,  и  за  объектом
наблюдения  находится  тот,  кто наблюдает. Этот воспринимающий,  мыслитель  и
наблюдатель есть бессмертное неисчезающее эго, душа в созерцании.

